– Как-как вас зовут?
– Записывайте по буквам: Улу Моге.
Он стоял рядом со мной и широко улыбался, наблюдая, как я записываю в блокнот труднопроизносимые имя и фамилию, а в его раскосых глазах плясали искорки. 32-летний парень с этим красивым необычным именем – участник специальной военной операции, перенес тяжелое ранение, вернулся с того света и живет теперь в одном из населенных пунктов Лужского района.
Имя Улу происходит от тюркского слова «улу» и означает «большой», «великий». Наш Улу – парень невысокий, но поистине великий: достойный сын своих родителей, храбрый и стойкий воин.
Улу родился и вырос в небольшом селе Хову-Аксы Республики Тыва. Рос в многодетной семье, родители воспитывали четырех сыновей и дочь. Улу после девятого класса по настоянию мамы поступил в медицинский техникум. Мама работала медсестрой и мечтала, что сын пойдет по ее стопам и будет работать вместе с ней. Улу в свои 15 лет особо не представлял, кем он хочет стать, но послушал маму и уехал учиться в Дивногорск Красноярского края. После учебы вернулся в родное село с дипломом медбрата. Однако исполнить мамину мечту не успел: познакомился с девушкой, влюбился и уехал по месту ее учебы в Новосибирск. Там Улу и устроился по специальности. За два года успел поработать в травматологическом отделении больницы, участковым медбратом, на станции скорой помощи. А потом расстался с девушкой и уехал в Москву.
В столице в медицину не пошел, устроился туда, где можно было больше заработать, ведь жизнь в Москве дорогая. Улу стал доставщиком пиццы и даже умудрился сделать карьеру: вырос до директора пиццерии.
В начале 2024 года Улу приехал в Санкт-Петербург: мама настояла, чтобы он попробовал поступить в Военно-медицинскую академию. Не получилось, экзамены не сдал. Тогда Улу и поставил окончательную точку: врачом ему не быть.
«Вообще-то я всегда хотел учиться в техническом вузе, – говорит он. – Но боялся, что на бюджет не пройду, а платить возможностей не было. Сколько лет уже мечтаю стать инженером, быть изобретателем. У меня в голове столько идей! Может, летом осуществлю свою мечту и поступлю в вуз».
А Петербург Улу полюбил, северная столица покорила его сердце навсегда. Остался там, начал работать в каршеринговой службе. Но уже в мае сделал крутой разворот в своей биографии: подписал контракт с Министерством обороны и убыл на подготовку на военный полигон.
Родители Улу, узнав о решении сына, были шокированы. Мама плакала и повторяла: «Только останься в живых!» Родным Улу уже было за кого переживать: младший сын Менги служил по контракту с 2015 года, он почти с первых дней СВО воевал. Сейчас Менги служит в Курской области.
«На полигоне командир выстроил нас, добровольцев, и спросил, у кого быстрые пальцы, – рассказывает Улу. – А я ведь геймер, поэтому вызвался. Меня направили на обучение в центр подготовки операторов БПЛА. Выучился управлять FPV-дронами. Освоил все быстро, мне понравилось. Два месяца подготовки пролетели незаметно. Поначалу я не боялся ехать за «ленту», но потом понял, что там совсем не так, как в кино, все намного страшнее. И первый страх испытал, когда был на передовой».
Улу взял себе позывной Дракон – так называется гора в его родном поселке. Боец и подумал: пусть она меня защищает.
Подразделение Улу привезли в Харьковскую область. Они стояли недалеко от линии фронта, их FPV-дроны работали с расстояния от 5 до 20 км. Жили ребята на бывшей обувной фабрике, там же и наш опорный пункт размещался, и командование было. Прилетало по зданию часто, наши дронщики для врага – приоритетная цель. Не раз противник отрабатывал по зданию танками и артиллерией.
«Командир давал нам ежедневно задание: осмотреться, выявить технику противника и скопление живой силы, поразить их, – рассказывает Улу. – Мы работали, стараясь выполнить приказ. Задумываться о высоком было некогда да и незачем».
Четыре месяца Улу воевал, пока не получил ранение. Это был страшный день. Дрон прилетел в расположение наших ребят. К счастью, никто не погиб, но двое солдат получили тяжелые ранения, один из них – Улу.
«Я загорелся, – вспоминает он. – Сначала растерялся, увидев, как вспыхнул, словно спичка. Начал бегать, не понимая, что разгоняю огонь еще сильнее. Потом услышал крики пацанов, они кричали, чтобы я ложился на землю и катался. Я упал, снял каску и броник. Правая рука загорелась, пока я копошился справа, отстегивая бронежилет. Ягодицы горели сильно, сзади в форму специальная подкладка была вшита – это для удобства работы дронщиков. Я ее долго не мог потушить. Орал так, что, наверное, в Волчанске мои крики слышно было. Думал тогда, что не выживу. В итоге меня потушили. Я получил сильные ожоги: 32% глубокого поражения кожи, 52% – поменьше плюс ожоги верхних дыхательных путей».
Улу показывает мне правую руку, там нет пальцев до второй фаланги. Говорит, сгорели. Кожа стянута так, что больно полностью разогнуть руку. Но Улу улыбается: «Я уже научился писать левой рукой. А машину купил с автоматической коробкой передач, водить могу без проблем».
Улу эвакуировали в Белгород, там в госпитале провели первую операцию. Потом, уже в Москве, боец перенес еще порядка десяти операций по пересадке кожи. Три месяца был в реанимации. Помнит, как приехала мама, как она плакала, сидя рядом. Улу тогда чувствовал себя маленьким и беззащитным, он, не стесняясь, плакал вместе с мамой. Когда она уехала, на смену прибыл брат Менги. Все родные писали Улу слова поддержки, подбадривали его, уверяли, что врачи обязательно помогут. И постепенно он начал оживать, ставил уже перед собой задачу поправиться и встать на ноги.
«Через три месяца врач заставил меня встать, – рассказывает Улу. – Я и встал. Стою, весь обмотанный бинтами, делаю робкий шаг, и на ногах бинты пропитываются кровью. Доктор мне объясняет, что вены у меня тоже поражены, а кровь – это нормально, нужно расхаживаться, все потом пройдет. Если не буду ходить, окончательно слягу. Две недели учился ходить, истекая кровью. Но все выдержал. Месяц еще провел в больнице, и меня выписали».
Затем Улу прошел курс реабилитации, а в марте 2025 года получил отпуск и уехал домой. Маме устроил сюрприз: пришел к ней в больницу с букетом цветов. Конечно, были и крепкие объятия, и слезы – на этот раз от радости, что сын рядом и почти здоровый. Здоровый, если не видеть кожу под одеждой – там одни шрамы.
В мае Улу приехал в одну из расположенных в Луге воинских частей. Летом в Каменке прошел военно-врачебную комиссию и был комиссован по здоровью. Возвращаться домой он не стал, решил остаться рядом со своим любимым Петербургом. Купил квартиру в одном из поселков, скоро ожидает получения земельного участка. От фонда «Защитники Отечества» Улу предложили пройти обучение по программе «Бизнес героев 47». Если все сложится, мечтает заняться фермерством, очень хочет разводить лошадей. В Тыве имел опыт общения с этими животными.
«В фонде мне предлагают разные варианты, вот думаю, наверное, буду поступать в институт, – говорит Улу. – Есть у меня желание помочь разработчикам беспилотных систем, я обратился к ним, обещали мне позвонить, когда будет набор на программу».
Простой русский тувинец Улу и мечтает о простом: о доме, семье, учебе и главное – хочет приносить пользу своей стране.
«Я жду победы наших мужественных парней, – улыбается Улу. – Я на фронте каждый день молился о победе и здесь продолжаю это делать!»
Анна Рубцова
